Владимир, судя по всему, Дэвид Хэй за последнее время достал вас так, как не доставал никто и никогда. Так, может, не стоило выбирать его в соперники?

Есть немного. Но я даже рад, что обязательные защиты титулов на этот год уже отработал и имел возможность выбора – кто-то ведь должен учить наглецов?! Ну и потом, не забывайте, этот бой интересен зрителям: Хэй – отличный боксер, он не зря стал абсолютным чемпионом мира в первом тяжелом весе.

Но в супертяжелом он провел всего два боя, причем с давно вышедшими в тираж соперниками. И сразу после этого бой с Кличко – не слишком ли много чести?

Может, и много. Вон как у парня голова закружилась, сам не понимает, что говорит и что делает.

Это вы его очередную выходку имеете в виду – футболку, на которой Хэй изображен с вашей и Виталия отрубленными головами в руках? И, кстати, что за «синенький скромный платочек» вы ему показали, когда он усердно обращал внимание журналистов на свою майку? Уж не голова ли Хэя на нем вышита?

Да что вы! Этот платочек мне перед пресс-конференцией подарил один из фанатов «Шальке» – просто как сувенир. А вспомнил я о нем, когда увидел, как Хэй потеет перед выступлением. Трибуна ведь не ринг, секундантов «в углу» нет – вот я и предложил ему физиономию от пота протереть, – улыбается Кличко-младший. – А насчет футболки... Это уже выходит за всякие рамки! Как бы ты ни кипел от желания победить, нельзя переходить определенные этические границы. Для Хэя же, похоже, таких границ просто не существует. Не считал и не считаю нужным ввязываться в полемику на базарном уровне Хэя – хотя совсем промолчать, глядя на его выходки, не мог. Но слова до англичанина, по-видимому, не доходят. Что ж, надеюсь, язык ударов мой соперник понимает куда лучше. Наглецов надо учить на понятном им языке, а таких «непонятливых», как Хэй, надо учить больно и долго.

Поэтому вы и объявили, что не будете спешить с нокаутом до последнего, двенадцатого раунда?
После всего, что было сказано и сделано Хэем, хочется бить его долго и от души. Надеюсь, Дэвид упадет не сразу, сумеет прочувствовать мои «уроки» в полной мере.

Иными словами, если где-нибудь раунде в шестом-седьмом Хэй окажется на грани нокаута, вы его добивать не станете?
По ходу боя посмотрим. Но вообще-то очень хочется этот «процесс» продлить как можно дольше. Это принципиально важно для меня самого – и наверняка будет интересно зрителям.

Зрителей будет невероятно много…
И это здорово! Всегда мечтал провести бой на футбольном стадионе – и очень рад, что эта мечта близка к осуществлению.

А почему из всех немецких футбольных стадионов вы выбрали именно «Фелтинс Арену»?

Вообще-то первоначально наш поединок планировался в Лондоне, на стадионе «Челси». Но сторона Хэя, бравшая этот вопрос на себя, решить его не смогла. А когда мы стали искать арену в Германии, то сразу поняли: лучше стадиона «Шальке» нам не найти. Ведь на «Фелтинс Арене» в дождь крыша может быть задвинута за каких-то 20 минут – а для нас независимость от капризов погоды очень важна. Ну и, конечно, не последнюю роль сыграла вместимость стадиона.

60 тысяч зрителей на боксе – это не то чтобы небывалая, но очень редкая цифра. Не будет ли это давить на вас психологически?

А почему это должно давить? Я дрался при 18 тысячах в Кельне ничуть не хуже, чем при десяти в Дортмунде. Кстати, однажды мне довелось выступать и перед 60 тысячами зрителей. Это было несколько лет назад в Нью-Йорке, когда меня пригласили на открытие бейсбольного сезона сделать первый питч за «Нью-Йорк Янкиз». Я никогда не играл в бейсбол, а потому три дня тренировался, чтобы не опозориться. Но никакой дрожи в коленках не было. И еще тогда я окончательно понял: чем больше зрителей, тем выше мотивация, которую я ощущаю. А чем выше мотивация, тем лучше я боксирую.