Одним из них можно считать Роберто Морено, который отправился в Великобританию по совету Нельсона Пике, еще не имея серьезного опыта выступлений в гонках, но в итоге сумел пробиться в Формулу 1 и завоевать подиум на Гран При Японии 1990 года. В рамках ежегодного мероприятия Autosport International Морено беседовал с журналистами британского журнала...
Вопрос: Полагаю, вы всегда читали Autosport?
Роберто Морено: Думаю, да. Это дает представление о том, как обстоят дела в Европе. Я обожаю гонки, обожаю Европу, но после Формулы 1 я хотел гоняться на машинах с открытыми колесами и отправился в США. Я жил там на протяжении двенадцати лет и мог бы вернуться, но не для выступлений, а для того, чтобы помочь молодым талантливым гонщикам.
Вопрос: Вы выглядите не намного старше, чем в 1988 году, когда выиграли чемпионат F3000…
Роберто Морено: Я не чувствую своих лет, я по-прежнему быстр, мои рефлексы в порядке. Мне пятьдесят, но я занимаюсь теми же вещами, что и много лет назад. Я счастлив, у меня замечательная карьера. Мой путь оказался не таким уж и простым, но, возможно, я - единственный бразильский гонщик, который приехал в Европу без гроша в кармане и смог пробиться в Формулу 1.
Вопрос: Вернемся в Бразилию конца семидесятых. Как вы смогли попасть в Европу?
Роберто Морено: В 12 лет я приобрел мотоцикл, а Нельсон Пике занимался их обслуживанием в Бразилиа - столице Бразилии. Я наблюдал за Нельсоном практически с самого начала его карьеры, когда он гонялся в серии Super Vee, затем переехал в Европу для участия в F3, а позже вернулся в Бразилию, уже выиграв британский чемпионат F3 и подписав контракт с Brabham.
Он сказал: «Роберто, если ты хочешь гоняться, ты не должен делать это в Бразилии». Я ответил: «Брось, Нельсон, я не могу даже думать о том, чтобы выступать в Европе. Я никогда не управлял гоночной машиной, разве что пилотировал карт!» Он добавил: «Что ж, тебе следует попробовать, поскольку я вижу, у тебя есть все необходимое для выступления в Formula Ford».
Я парировал: «Да ну, у меня нет спонсоров, я не знаю, с чего начать, и даже не говорю по-английски!» Нельсон заметил: «Чтобы гоняться, не нужно уметь разговаривать. У меня есть приятель по прозвищу Peewee (Грег Сиддл), который помогал мне в F3. Я уже говорил с ним, он готов посодействовать и тебе. Да, тебе придется делать большую часть работы, но он поможет на первых порах. Что касается спонсоров, у меня есть один, который не захотел сопровождать меня в Формуле 1 – он согласен работать с тобой».
В те годы на 25 этапов Formula Ford требовалось 25 тысяч долларов плюс расходы на проживание. Помню, от спонсора Нельсона мы получили 8 тысяч, плюс я сам собрал с пяти друзей, включая отца, по одной тысяче. Таким образом, я приехал в Великобританию с 13 тысячами в кармане и должен был ещё и жить на эти деньги.
В Формуле Ford я провел 22 гонки, у меня был старенький Фольксваген, я жил в открытом трейлере и, чтобы сэкономить, купил электрообогреватель с длинным кабелем, который цеплял к общественным туалетам вокруг трассы, дабы не платить за услуги отеля.
Каждый день, проведенный в трейлере, экономил мне по десять фунтов – за эти деньги я мог купить одно колесо для своей машины в Формуле Ford. Четыре ночи в трейлере – полный комплект колес: таким образом, я сберег сумму, достаточную для двадцати двух этапов. Однажды я опередил заводского гонщика Van Diemen Терри Грея, и Ральф Фёрман предложил мне работу. С того момента жизнь стала чуть легче – да, она все равно оставалась непростой, поскольку у меня никогда не было бразильских спонсоров, не считая первоначальной поддержки со стороны друзей, но, каким-то образом, у меня все получилось.
Вопрос: Вы вернули друзьям долг?
Роберто Морено: Нет, этого и не требовалось. Они были рады моим успехам, мы до сих пор дружим и вместе отмечаем праздники. Это обычное дело, когда друзья помогают тебе добиться чего-либо. Точно также и я сейчас помогаю молодым гонщикам.
Вопрос: Вы помогаете нескольким бразильским гонщикам. Какие советы вы им даете? С момента ваших выступлений многое изменилось…
Роберто Морено: Сейчас карьера складывается совсем не так, как раньше. Тогда ты дебютировал с Van Diemen в Формуле Ford, затем проводил сезон в F3 или же сперва выступал в Формуле Ford 2000 – было множество вариантов. Но этот парень прошел бразильскую F3, в первый год оказался достаточно быстр, и ему уже недостаточно перейти в более низкую, но европейскую категорию. Впрочем, здесь тоже есть кое-какие возможности – всё не так-то просто, но в итоге мы своего добьемся.
Вопрос: По-вашему, у молодых гонщиков есть множество вариантов?
Роберто Морено: Да, но во всем этом много политики, с которой мне приходится иметь дело, чтобы помочь моим подопечным в их карьере.
Вопрос: Поговорим о вашей карьере в Формуле 1?
Роберто Морено: (смеется) Какой еще карьере в Формуле 1?
Вопрос: У вас же был подиум! Неужели не помните? Вы дебютировали с AGS и Coloni в эпоху, когда сорок машин боролись за двадцать шесть мест на стартовой решетке! Иногда вам даже не удавалось квалифицироваться…
Роберто Морено: Да, это происходило неоднократно. С Coloni мы всего четыре раза проходили предварительную квалификацию, с EuroBrun – дважды, а затем мне представилась возможность попасть в Benetton. Формула 1 стала для меня настоящим вызовом, но я пробился в чемпионат, несмотря на отсутствие денег. Я пробился туда благодаря таким людям, как Джон Барнард – он поверил в меня и пожелал, чтобы я стал их тест-пилотом. Так я оказался в Benetton.
До сих пор помню, как я летел в Англию на завод Brabham, чтобы встретиться с Херби Блэшем. Оставалась всего одна вакансия на следующий сезон, но Херби было трудно застать на месте, к тому же он постоянно переносил встречу. Сразу после приземления я позвонил ему и сказал: «Я в Хитроу, прилетел, чтобы встретиться с вами». Он ответил: «Ох, Роберто, тебе не следовало приезжать, у меня много дел, и я не могу увидеться с тобой сегодня… Впрочем, раз уж ты здесь, приезжай к четырем часам, я уделю тебе пять минут».
Но перед этим я позвонил всем моим друзьям, включая Джона Барнарда, который сказал: «Роберто, зайди к нам после встречи, ты мне нужен». Я заехал к ним, и Джон сообщил: «Роберто, сегодня в четырнадцать часов Алессандро Наннини потерял руку в авиакатастрофе. Все звонят мне, желая получить место в кокпите, а в Японии мы должны выставить две машины. Ты – один из двух, кто позвонил еще до инцидента. Хочешь гоняться за мою команду?»
Так я получил контракт с Benetton. Барнард подвинул ко мне телефон и сказал: «Позвони своей команде, посмотрим, позволят ли они тебе выступать за нас». Я сделал звонок, и в тот же вечер в Швейцарии моя команда решила не участвовать в двух финальных гонках. Я был абсолютно свободен и сел за руль Benetton.
Вопрос: Тем не менее, карьера в Формуле 1 оказалась не совсем успешной, и вы отправились в Америку. Там вы выигрывали гонки – это было славное время?
Роберто Морено: Определенно! Я провел там целых двенадцать лет. Хочу вас поправить – в Формуле 1 мне все-таки повезло. Парень без гроша в кармане пробился в чемпионат и поднялся на подиум – это сработало! Да, я не стал чемпионом, но добился большего в Америке. В 2000 году я получил работу в Patrick Racing и закончил сезон третьим.
Сейчас в США популярность гонок на машинах с открытыми колесами идет на спад, мне не хватает Европы и я пытаюсь вернуться, помогая молодым гонщикам. Кроме того, я выступаю в некоторых гоночных сериях, чтобы просто не дать себе заскучать.