Интервью с Константином Львовичем ВИХРОВЫМ — пожалуй, самым уважаемым специалистом в Украине в области судейства (итальянца Пьерлуиджи Коллину вынесем за скобки) — я решил начать с цитаты из его собственной книги «Компаньон футбольного арбитра»:
«В правилах невозможно легитимировать любое происшествие, которое может произойти на футбольном поле. Могут быть случаи, которые решаются властью, руководящей ролью или здравым смыслом арбитра. Следовательно, субъективизм здесь может проявляться в гораздо большей степени, чем в других игровых видах спорта».
— Константин Львович, часто ведь приходится слышать, что в конкретном эпизоде рефери мог поступить так, а мог — и иначе. Вообще, саму фразу — «на усмотрение арбитра» — можно назвать уже крылатой. Так что от личности «человека в черном» в футболе зависит если не все, то очень многое… Согласны?
— Да, надо это признать. Арбитр должен иметь прежде всего определенные личностные качества — такие, которые позволят ему целенаправленно использовать Правила игры одинаково для обеих команд. Субъективизм может проявляться в том, в какой степени арбитр разрешает жесткую игру. При этом, разумеется, ему следует выбрать одинаковую линию поведения в пределах хотя бы одной игры, чтобы его стиль был понятен и зрителям, и игрокам. Так что во многом подход каждого рефери действительно субъективен. Вот почему, собственно, все попытки ввести двух равноправных арбитров, работающих в поле, не увенчались успехом. Если помните, так пробовали делать итальянцы, до этого — американцы. Но получалось у них как в басне Крылова — один трактует эпизоды по-своему, другой — по-своему…
— То есть в принципе это нормально, если за кем-то из представителей Фемиды закреплен имидж жесткого рефери? Как, например, в чемпионате Украины — у Виктора Швецова… А кто-то судит по-другому.
— Конечно, желательно, чтобы в рамках одного турнира подход всех рефери был близким. И если стиль Швецова брать как эталон, то нужно приблизить к этому эталону и всех остальных арбитров.
— На последних чемпионатах мира к арбитражу матчей допускается все больше представителей малоразвитых в футбольном плане экзотических стран. И футбол, надо сказать, от этого не выигрывает…
— Эти рефери просто не готовы к соревнованиям такого уровня — у них нет достаточной подготовки. Сегодня футбол достиг уже той точки развития, что только умения и навыков недостаточно. И игрокам, и арбитрам нужно принимать решения на рефлекторном уровне. Близко к этому подошел Месси — финты, которые он делает, просто невообразимые! Насколько они интуитивны, настолько же и целесообразны!
— Среди нынешних арбитров есть такой Месси?
— К подготовке рефери до недавнего времени был другой подход, нежели к игрокам. Арбитры — не профессионалы. Но я думаю, что эту проблему нужно решать. Надо производить жесткий отбор таких рефери — и по физическим качествам, и по психологическим. Кроме того, арбитру следует досконально знать технику и правила игры, и не просто знать, а опробовать их на собственной шкуре — самому играть в футбол. Я не поддерживаю европейскую школу, которая говорит, что арбитр не обязательно должен быть в прошлом игроком. Да, вовсе не обязательно выступать на уровне Пеле! Но опыт хотя бы на уровне ДЮСШ, коллективов физкультуры, считаю, должен быть. Судья обязан знать и чувствовать игру, видеть ее шестым чутьем.
— Ваше становление в этом смысле было классическим…
— Да, в молодости я выступал за киевскую команду мастеров — «Трудовые резервы», а также во время учебы в киевском инфизе бегал за «Локомотив». Пришлось закончить карьеру рано — в 22—23 года, но перед этим я прошел всю школу подготовки от А до Я. В этом смысле футбольное образование получил отличное.
— Когда судить было труднее — сейчас или в ваше время?
— Тяжело было всегда. Нынешний футбол стал быстрее, к тому же спорт охватила массовая коммерциализация. Каждый неудовлетворительный результат приводит к психозу всей команды. На нее оказывают давление руководство, журналисты, болельщики… При этом владельцы клубов, если разобраться, вкладывают деньги не в подготовку футболистов, а в успех команды — почувствуйте разницу!
Сумасшедшее давление оказывается и на арбитра. В советское время тоже было сложно, правда, была такая установка: основное внимание уделять эпизодам в штрафной, а вот если пропустишь какое-то нарушение в центральном круге — мол, ничего страшного. Зато как только не назначишь спорный пенальти — вмешивались третьи секретари обкомов ЦК партии союзных республик, которые отвечали за спорт. Все эти моменты подробно рассматривались партийным руководством.
— Секретари обкомов вам звонили?
— Сами они — нет, но их порученцы — бывало. Помню, как-то раз перед одним из матчей в Москве (играл ЦСКА — не помню уже, против кого) подошел один из таких ответственных работников и начал вкрадчиво льстить: «Это же очень хорошо, что вы сегодня проводите матч. Вы знаете, что Леонид Ильич болеет за ЦСКА? В прошлый раз вы судили армейцев, и они победили. Ваша работа товарищу Брежневу очень понравилась! Если сегодня будет такой же достойный арбитраж, как и тогда, это порадует Леонида Ильича…»
Или другой случай — играла «Кубань» (Краснодар). Накануне поединка позвонили из ЦК партии. Говорили о том, что… Кубань — это житница Советского Союза и матч будут смотреть простые труженики... Но, на мое счастье, никаких спорных инцидентов во время и одной, и другой игр не было, и моя совесть чиста. ЦСКА победил, «Кубань» сыграла вничью, но она устраивала краснодарцев. Думаю, партийные боссы остались в итоге довольны, хотя моей заслуги в этом не было…
— Согласны с мнением, что футбол сейчас стал что ли более хрупким? Игроки зачастую входят с мячом в штрафную, уже думая, как бы упасть. И очень часто арбитры на это ведутся…
— Футболисты очень здорово научились симулировать, так, что на первый взгляд и не определишь, симуляция это или нет. В некоторых командах над этим специально работают на тренировках. Некоторые говорят, что болельщикам эта сторона футбола интересна, точно так же, как, допустим, в хоккее публика иногда с нетерпением ждет, когда игроки начнут драться. Хотя лично я не сторонник того, чтобы симуляция становилась неотъемлемым атрибутом футбольных матчей.
— В ваше время работы арбитром были такие игроки, как, к примеру, Срна или Девич, которые были не прочь поговорить с судьей?
— Тогда таких вольностей не было, как сейчас. За не заправленную в шорты футболку игроку показывали желтую карточку! Кроме того, все футболисты знали, что никто на поле не имеет права разговаривать с арбитром, даже капитан! Но вы знаете, что тогда были комсомольские и партийные организации, где велась воспитательная работа с футболистами.
— Карточки за неспортивное поведение давать случалось?
— Дважды попадал ко мне в немилость защитник Вагиз Хидиятуллин. В одном из матчей я дал ему «горчичник» за то, что он иронически похлопал в мою сторону. А еще, помнится, был его конфликт в сборной СССР, после которого к Вагизу было приковано всеобщее внимание. И вот кубковая встреча в Ереване: говорили, что если, мол, сыграет хорошо, то и в сборную его вернут. В общем, в пылу борьбы Хидиятуллин пошел в подкат двумя ногами на соперника. Я показываю ему желтую, а он: «Да засунь ты ее себе…» Разумеется, я тут же удалил его. Потом рассматривали этот эпизод на КДК, Хидиятуллину дали за эти слова 12 матчей дисквалификации.
— В нашем арбитражном корпусе очень популярны семейные династии. Но это, кажется, не ваш случай…
— Дело в том, что наследницы у меня — одни женщины (дочь и внучка), футболиста вырастить пока не получилось (улыбается). С супругой, Жанной Васильевной, познакомились в 1957 году в Москве, где я играл в «Трудовых резервах». Я забил в матче гол. После игры с товарищами вместе выходим со стадиона, меня все хвалят, а моя будущая жена и говорит: «Гол? Я ничего такого не видела — как раз в этот момент вышла булочку покупать…» Так и по сей день футбол супругу не слишком интересует (улыбается). Зато, как и я, она — педагог, работает в киевском университете Шевченко. Она преподаватель английского языка и литературы.
— Кстати, как относитесь к женщинам в арбитраже?
— Тяжело сказать. Может, я мыслю устаревшими категориями, но когда говорят про эмансипацию представительниц слабого пола, мне почему-то сразу вспоминается товарищ Вяземская — помните, у Булгакова в «Собачьем сердце»? Наверное, кто-то из женщин и может успешно заниматься арбитражем, но точно не все!..
